“Иные песни” Яцек Дукай
Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 
“Иные песни” Яцек Дукай

Форма побеждает Материю! Так в мире, изображенном в саге Яцека Дукая “Иные песни”. Считается, что книга для снобов фантастики, т.е. прочтение и понимание данного произведения должно поднять читателя над теми, которые не смогли прочесть и понять. Произведение считается сложным. Видел среди комментариев к “Игре в бисер” Германа Гессе комментарии с неподдельным удивлением тому, что это кто-то смог прочесть. “Иные песни” – такая же реакция у большинства. Соглашусь, было трудно, но не нереально. После 150-200 страниц, а всего более 700, стало внезапно значительно проще. Если “Идеальное несовершенство” Яцека Дукая было мною прослушано в виде аудиокниги, то здесь я такую ошибку не совершил, а купил бумажный вариант. Сразу настроился на неторопливое чтение и все получилось.

Невольник тем подобен зверю, что не властен над своею формой; аристократ тем подобен богам, что сам ее очерчивает, он и никто другой.

Форма есть и в мире “Иных песен”, и в мире, в котором мы живем. Но что есть Форма? Ни здесь ни там – не понято до конца.

С главным героем, Иеронимом Бербелеком, читатель знакомится, когда тот находится в своей не лучшей Форме. На первых страницах он поверженный Чернокнижником стратегос. Побежденный, но не сломленный. Сложно понять! Форма Чернокнижника оказалась сильнее формы стратегоса? Нет. Так сложились обстоятельства, что армия стратегоса Бербелека проиграла. Но сам Бербелек смог плюнуть в лицо победителя. Он не сломался. Но что с ним произошло?

После поражения стратегос вовсе и не стратегос. Потерял свою форму? Много спит, выглядит меньше ростом, и окружающие его почти не замечают… Он перестал быть стратегосом? Или форма стратегоса перестала быть наполнена чем-то? Чем? Позже Бербелек вновь становится стратегосом, с еще более мощной формой. При этом на протяжении всего повествования нам говорят, что главный герой был рожден стратегосом.

Размышления сподвижника Бербелека, нимрода Зайдара:

Изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год, от Формы к Форме наложенным из смешения Форм внешних, чуждых… Пока, возможно, не наступит миг в старости – а то и на ложе смерти, - когда, оглянувшись, мы узрим законченный образ нашей жизни, и тогда лишь поразит нас сия фигура: что за кошмар, что за мазилка, груда хаоса и случайностей, без смысла, без цели, без значения, без красоты.

Форма нимрода Зайдара изменчива? Он не аристократ по меркам мира Дукая.

Нет четкого определения Формы в произведении Яцека Дукая. Да, вся книга посвящена обсуждению Формы. Но мне не стало ясно, что же есть – Форма. Наверное, это правильно! Ведь вопрос настолько большой, настолько философский, что четкое и однозначное определение вряд ли возможно.

В том мире, в котором мы живем, вопросы Формы присутствуют, и не только в книгах, но и в повседневности. Но в мире Яцека Дукая, Форма - основополагающий принцип. То есть “Иные песни” – фантастика только за счет смещения акцентов. И это здорово! У нас редко возможно победить Авторитетом (читай Формой), т.к. побеждают Материей (читай Деньгами). У Дукая – Авторитет может все.

Книга заставляет задумываться, размышлять, спорить с автором и искать дополнительные источники информации. Это и требуется от хорошей книги. Для меня ценность Иных песен не была перекрыта откровенной враждебностью Дукая к моей Родине. Хотя и было неприятно. Политика? Дукай! Ты бы смог не таскать это грязное на страницы своей замечательной книги. Для чего тебе нужно было, чтобы Польша победила Россию? Это смешно! То, что не может существовать в определенном месте – появилось! Черт на колокольне… А может это любовь к своей родине у автора? Ведь в “Идеальном несовершенстве” главный герой то же поляк в 29 веке. Вот ведь угораздило дотащить такое в 2900 год :-)

обратная сторона обложки книги “Иные песни” Яцек Дукай

Мы рекомендуем

МЫЧИТАЕМ